March 22nd, 2009

открытка

Выходные одинокой женщины

Сходила на спекталь "Тартюф" в маленьком театре в East Village (один из многочисленных центров манхеттенской тусовки). Впервые, кажется, в Америке побывала в более-менее настоящем театре: не шоу, не мюзикл, не перформанс, а именно классический спектакль. Всего 8 рядов, билеты по $25, зал был забит (я купила днем по телефону два последних билета в последнем ряду). Публика - срез нью-йоркского населения: от 15 до 80, белые, черные, русские, азиаты, латино. Хиппово одетые и в вечерних нарядах. Совершенно такого не ожидала, тем более на таком немодном спектакле. Пара человек играли неплохо (Оргон, его жена и служанка), молодые актеры были какие-то невнятные. Но в целом мило. Тартюф сильно переигрывал и был совсем не похож на Тартюфа, зато был похож на моего бывшего отчима, поэтому в его порочность мне поверилось сразу и охотно. Английский текст был очень хороший. Через месяц мы будем Тартюфа преподавать, теперь могу не перечитывать.

Параллельно развиртуализовалась наконец-то с героиней этого постинга, а то все не складывалось то у меня, то у нее. Билет на спектакль был решающим рычагом.
После спектакля посидели в тибетском ресторане, в интерьер которого вписался китайско-японский наряд моей спутницы, и мне даже не пришло в голову, что намекать он должен был на мой юзернейм! :)
После ресторана меня потащили в гости, хотя было уже около полуночи, - пришлось звонить папе, который героически не оставил мою кошку голодать до моего прихода.
Приехали в совершенно российскую квартиру в Бруклине, где бодрствующие гоняли чаи на настоящей кухне, а недождавшиеся спали в темных недрах квартиры, причем сколько их там было, и кто из них там собственно живет, выяснить мне не удалось. Периодически открывались какие-то двери, слышались шаги, кто-то заглядывал и исчезал, кто-то одевался и уходил. Красавица хозяйка, к сожалению, проводила остатки ночи с девятимесячной дочкой, а не с нами, и кажется не поверила моим горячим уверениям, что я обычно в час ночи в гости к чужим людям не хожу. Надеюсь все же увидеть ее миндалевидные глаза еще когда-нибудь.
А на кухне велась беседа о рок-музыке, русском языке, семейных отношениях и цветах имен - и меня не покидало сюрреалистическое ощущение, что все это у меня уже когда-то было, в мои 19 лет в харьковских хипповых коммуналках, с таких случайных гостей начинались дружбы и любови, хотя чащи люди исчезали из виду, а поток жизни нес нас в следующие гости, но оставались мысли, идеи, правильные вопросы.

Потом я поехала домой, попетляв по Бруклину, отложив в сторону неромантичный GPS.

Укладываясь спать в полшестого утра, я услышала за окном звук, которому сначала даже не поверила: пела птица. Не просто там воробей чирикал, а по-настоящему, по-утреннему пела. Звук, который я (в силу физиологической идиосинкразии к ранним вставаниям) могу услышать только когда возвращаюсь домой под утро. Что с возрастом происходит все реже и реже.
"Птичка решила весну опередить, бедная", - подумала я. И, уже засыпая, вспомнила - сегодня! Сегодня начинается весна. 22 марта. Привет, птичка!